В Минфине готовят поправки к антиотмывочному закону (115-ФЗ), которые должны избавить добросовестных клиентов банков от попадания в черный список отказников.
В связи с этим Национальный совет финансового рынка (НСФР) предложил министерству ввести обязанность для кредитных организаций сообщать клиентам обо всех фактах отказа в проведении операций с указанием причин. Идею, по данным “Ъ”, поддерживал и Росфинмониторинг.
Как стало известно “Ъ”, в Росфинмониторинге поддержали ряд предложений НСФР по внесению поправок в антиотмывочный закон (№115-ФЗ) в части введения обязанности для банков информирования о фактах приостановок проведения операций, использования электронных средств платежа и отказов в обслуживании. НСФР направил свои предложения в рамках общественного обсуждения проекта закона, о работе над которым Минфин сообщил на regulation.gov.ru 10 августа. Поправки прорабатываются во исполнение поручения президента от 11 апреля для исключения необоснованной блокировки банковских счетов, а также конкретизации порядка и основания принятия таких решений.
Связано это поручение с так называемым черным списком отказников, который ЦБ рассылает банкам с июня 2017 года. В него попадают клиенты, которым банки отказали в обслуживании или проведении операций из-за подозрения в нарушении антиотмывочного закона. С компаниями и физлицами из списка кредитные организации предпочитают не иметь дела (см. “Ъ” от 6 октября 2017 года). Черный список сразу создал много трудностей для клиентов банков и вызвал массовые протесты. В результате весной был введен механизм двухуровневой реабилитации клиентов банков, попавших в список по ошибке. Он предполагает, что клиент может сначала оправдаться перед банком, а если не получится — обратиться в межведомственную комиссию.
Но практика показала, что механизма явно недостаточно, клиенты банков часто просто не понимают, что же случилось с их счетом.
В мае зампред ЦБ Дмитрий Скобелкин приводил цифры: из 23 жалоб в межведомственную комиссию лишь одну можно было рассмотреть. «По остальным — либо не пройден первый уровень "реабилитации", либо отсутствует сам факт отказа, например, отключение дистанционного банковского обслуживания не означает отказа в совершении операции»,— пояснял он.
По словам сопредседателя комитета по ПОД/ФТ АРБ Алексея Тимошкина, клиенты порой не видят разницы между отключением банк-клиента и отказом или даже защитой средств клиента от мошенников, для них любое ограничение — это как попадание в черный ящик, за которым следуют множественные и порой безрезультатные звонки в колл-центр. По словам заместителя главы НСФР Александра Наумова, для банка любой отказ провоцирует риски, кредитные организации стараются управлять ими, побуждая клиента изменять характер совершаемых операций или закрывать счет. «Сейчас отсутствует прозрачная картина принятия такого решения, из-за невозможности детально объяснить клиенту причины банки просто ссылаются на нормы закона»,— отметил он.
В итоге НСФР предлагает на законодательном уровне установить единый порядок информирования клиентов о приостановлении операции. Банки должны будут информировать клиента в день принятия решения с пояснением причин.
«Объединение темы информирования клиента в рамках 115-ФЗ с информированием в рамках закона "О национальной платежной системе" разумно, так как последний уже содержит процедуры уведомления клиента об операциях с электронными средствами платежа»,— отметил Александр Наумов.
В пресс-службе Минфина “Ъ” сообщили, что получили предложения НСФР и они во многом совпадают с предложениями Росфинмониторинга. Однако собственное мнение в министерстве не высказали, так как «текст законопроекта еще разрабатывается». В Росфинмониторинге и ЦБ также не стали давать оценку предложениям НСФР на том основании, что пока «комментарии преждевременны». В то же время в неофициальной беседе собеседник “Ъ”, близкий к Росфинмониторингу, подтвердил, что там поддерживают предложение обязать банки информировать об отказах и раскрывать причины. Сейчас информировать о причинах отказа — это право банка, но не обязанность, подчеркнул он, отметив, что клиент банка должен иметь возможность представить аргументы в свою защиту, а не зная своей вины, сделать это затруднительно.
По словам Алексея Тимошкина, технически реализовать информирование несложно. Впрочем, тут все зависит от глубины раскрытия информации. Так, топ-менеджер из банка топ-50 сообщил “Ъ”, что если от банков в рамках информирования потребуется давать развернутый ответ с привлечением юристов, то это может потребовать ресурсов, которых нет в кредитных организациях.
Вероника Горячева
Фото: Анатолий Жданов / Коммерсантъ
