Хочу отметить, что название «Музей истории религии» не в полной мере отражает то, что происходит в его стенах.
Я о прошлом теперь не мечтаю,
И мне прошлого больше не жаль.
Только много и много напомнит
Эта тёмно‑вишнёвая шаль.
Обладая огромными запасниками, здесь могут организовать выставку на любую тему. Как? Вот недавний пример. На днях открылась выставка «Легенды Павловского Посада: платки и старец Василий». И это огромная удача, поскольку показано, как могут объединиться два музея — петербургский федеральный и региональный, начало которому положено мануфактурой по производству тех самых платков, по отсутствию которых в гардеробе страдают многие западные модницы.
Сначала шали были ткаными, жаккардовыми. Тяжёлые, их постепенно вытесняли набивные. Красоту обеспечивал яркие цвета. Я для себя сделала открытие: оказалось, что платок начинается как с чистого листа, с шерстяного полотна белого цвета. И уже потом, в процессе нанесения рисунков, они становятся зелёными, чёрными, красными — фантазии художников бесконечны.
Отличительной особенностью платков была безупречная гармония в подборе цветовых сочетаний и отдельных элементов декора.
Вот традиционная технология изготовления:
рисунок наносился на ткань деревянными резными формами («цветками» и «манерами»);
каждый цвет набивался отдельно через специальный шаблон;
для одного платка могло потребоваться до 400 наложений деревянных форм.
А при чем здесь религия? Одним из тех, кто поддерживал производство, был Василий Грязнов. Свою фамилию он приобрёл не случайно — в юности, работая на фабрике, он под влиянием дурной компании начал пить вино и совершать порочные поступки. В скорби от сознания греховности своей жизни он сам прозвал себя «Грязным», и это прозвище осталось за ним навсегда. Поворотным моментом стало явление ему Пресвятой Богородицы, после чего Григорий стал регулярно посещать храм, часто исповедоваться и причащаться, избегать увеселительных сборищ. Став крупным предпринимателем, Грязнов развернул широкую благотворительную деятельность. Вместе с купцом Яковом Лабзиным, владельцем фабрики по производству платков, он строил школы, богадельни, бесплатную больницу, содержал церковный хор. После смерти люди продолжали обращаться в молитвах к праведнику и получали помощь. Его мощи хранятся в раке в верхнем Покровском храме Покровско-Васильевского монастыря в Павловском Посаде. И в 1999 году Священный Синод Русской православной церкви причислил Василия к лику местночтимых святых Московской епархии. Музей истории религии к открытию провел реставрацию картины, изображающей Григория, и предоставил множество интересных документов по своему профилю
То, что мы увидели на выставке — великолепные современные платки, изготовленные по историческим рисунками и технологиям — старинные, увы, недолговечны и хранятся в специальных условиях, да и их немного осталось.
Идея создания своей рисовальной мастерской начала осуществляться в середине 1850-х гг. В бухгалтерских документах фабрики за 1859 г. сохранились сведения о перечислении денег в Москву рисовальщику Митрофану Варфоламееву и об уплате 70 рублей рисовальщику Ивану Иванову, работавшему на фабрике. В 1861 г. был зачислен рисовальщиком и Михаил Ильин (Судьин). Скорее всего, именно эти московские художники в это время определяли лицо фабрики. Для рисовальщиков приобретали ботанические атласы и репродуцированные рисунки различных цветов, работы французских и немецких художников. Для павловопосадских рисовальщиков они служили лишь подсобным материалом, своеобразным подспорьем в разработке платочных рисунков. Даже копируя цветы, они не изображали их отдельно, а по-своему соединяли, тщательно отбирая и организуя в платочные композиции: применение ботанических атласов и таблиц не привело к слепому следованию натуре.
После нанесения рисунка платки отправлялись в подвал с искусственно поддерживаемой сыростью, который называли «зрельней». Провисевший там определенное время платок для закрепления красок перемещали в «запарную», оттуда под пресс, для просушки
И, когда вы увидите надпись «материал шерсть и шёлк», это надо понимать, что шёлк использовался для кистей. После просушки платок отправлял я к обшивалке (последняя обычно работала на дому) для обработки края и украшения платка бахромой. Таким образом, каждый платок проходил, как минимум, через 18 человек.
Ещё одним открытием для меня было то, что до сих пор изготавливаются шёлковые платки, некоторые весьма современные, например «Мартовский» с котиками. Но, как говориться, то что было — пусть таким и остаётся в нашей исторической памяти
Кроме платков, представлены полотна к различным памятный датам.
А мне очень понравилось платье директора Историко-художественного Павлово-Посадского музейного комплекса Ирины Константиновны Ушаковой. Это тоже нечто на тему. Я сначала подумала, что у них выпускаются и ткани с рисунком. Оказалось, что портнихи используют бракованные платки, которые разрезаются необходимым образом. И здесь я почувствовала, что мне хочется такой наряд. Именно этого не хватает многим современным дамам, чтобы почувствовать себя по настоящему русскими. Похоже, моя ближайшая дорога будет в этот удивительный город, который гордится не только своим промыслом, но и людьми, некогда проживавшими здесь. Я имею в виду космонавта Валерия Быковского и артиста Вячеслава Тихонова. И поеду я за бракованными платками . Но настоящий тоже обязательно прихвачу. Обязательно с этикеткой «Павловопасадская мануфактура». Остальные — просто подделка
Татьяна Бушманова
Фото Татьяна Бушманова
