Между прочим, у нас событие. В эти дни Санкт-Петербургу стоило бы отметить четырехлетие начала реконструкции Новой Голландии. Сегодня город уже должен был наслаждаться видом обновленного острова. В 2006 году генеральный директор и совладелец фирмы «СТ Новая Голландия» Шалва Чигиринский довольно убедительно говорил о том, что срок реализации проекта – 4 года, а собственно строительные работы могут занять и того меньше – 2,5 года. Но, увы, 4-летие старта очередного проекта века ознаменовано лишь выходом в свет краеведческого изыскания «Новая Голландия и ее окружение», принадлежащего перу историка Татьяны Соловьевой. Книжка красивая, написана с любовью к прошлому, в котором много легенд, много величия и славы. Действительно, рукотворный остров был и местом петровских гульбищ, и верфью, и гигантским складом леса, и научным центром (между прочим, здесь располагалась лаборатория Менделеева), и закрытой для всех территорией военно-морского ведомства... В середине XIX века Новая Голландия была даже тюрьмой. Тюремное здание построено в виде кольца. Как горлышко бутылки. В народе его мгновенно прозвали «бутылкой». И сложился миф: мол, именно отсюда пошло известное выражение «лезть в бутылку». То бишь обижаться, дуться. В годы Первой мировой войны в Новой Голландии начала работать самая мощная на тот момент в России радиостанция. Именно эта станция, кстати, отправила по всему миру весть о победе Октябрьской революции. Стало быть, отсюда – из Новой Голландии – началось, как писали в учебниках прошлого века, «триумфальное шествие советской власти». Это прошлое легендарного пятачка петербургской земли. А вот над будущим Новой Голландии туман только сгущается. Горы битого кирпича, провалившиеся над старинными зданиями крыши, изрытая ямами земля... И мусор, мусор, мусор. Вот что представляет собой Новая Голландия сейчас. «Осторожно. Ведутся работы». Лишь эта табличка у моста – точнее, мостика – Круштейна намекает на наличие здесь жизни и каких-то «работ». Новую Голландию неоднократно пытались реконструировать. Первый проект сейчас предпочитают даже не вспоминать из-за его крайней несерьезности: в 1960-х Новую Голландию собирались застроить типовым жильем. Это, собственно, даже и планом-то назвать нельзя: так, пожелание, которое, к счастью, почти мгновенно выветрилось из властных голов. В 1970-х реконструкции Новой Голландии помешала... дамба. Было решено, что Ленинграду не потянуть сразу два таких гигантских проекта. – Сначала достроим защитные сооружения, а потом уже приступим к Новой Голландии, – резюмировал тогдашний первый секретарь Ленинградского обкома КПСС Григорий Романов. Так с тех пор горожане и ждут – как окончания строительства дамбы, так и начала реконструкции Новой Голландии. А потом городские власти почему-то решили, что сакральные силы острова не переваривают вмешательство отечественных архитекторов и строителей. Пошли на поклон за границу. Анатолий Собчак предложил французам стать инвесторами. И они согласились... Но финансовые трудности заставили их прекратить работы. Французы ушли, так и не начав работать. Потом были англичане, которые тоже захотели стать инвесторами, но, как и французы, ушли отсюда из-за денежных проблем. В начале 2006 года Смольный объявил конкурс на право разработки концепции и застройки острова. К конкурсу допустили только иностранцев. Но даже не это является самым главным обстоятельством. Проект, в орбиту которого были втянуты политики, ученые, крупный отечественный и зарубежный бизнес, миллиарды долларов... Так вот, этот проект разрабатывался на основе... временно действующего регламента застройки Петербурга. Всем было ясно, что на временном регламенте далеко не уедешь: пройдет год-два-три и городу – хочет он того или нет – нужно будет принимать постоянно действующие нормы, в которых будет прописано, что можно, а чего нельзя делать в историческом центре. А это значит, что и «проект века» необходимо будет адаптировать к новым юридическим условиям. Ан нет! Конкурс все же провели. Дальше случилось то, о чем теперь знают все: победил 70-летний лорд Норман Фостер, придумавший построить в центре острова амфитеатр на 3000 мест, закрытый стеклянным куполом. Градостроительный совет аплодисментами встретил предложения британца. Правда, этот триумф был несколько омрачен репликой тогдашнего главного архитектора города Александра Викторова: мол, в последний раз такой же овации на Градсовете удостоился Доминик Перро за проект второй сцены Мариинки. Замечание походило на плохо скрытую издевку. Ведь именно в то время – в сентябре 2006 года – у Перро начались проблемы с Главгосэкспертизой РФ, которая задалась вопросом: а как, собственно, можно построить все, что нарисовал французский архитектор... Викторов, сам того не желая, стал пророком. Единственное, что произошло с тех времен с Новой Голландией, это разрушение. Через месяц после исторического Градсовета слоны-экскаваторы уже работали в «посудной лавке» острова, сбривая все, что мешало строить стеклянный купол. В том числе и лабораторию Менделеева. «Сбрили», оставив лишь «бутылку», кирпичные «амбары» для хранения леса да мастерские, и успокоились. А вот вокруг да около Новой Голландии бойко пульсировала жизнь. Работа Фостера получила первое место в номинации «Коммерческая и развлекательная недвижимость» на международной выставке в Каннах. Этот факт почему-то стал предметом гордости питерских властей, хотя гордиться было нечем – Главгосэкспертиза раз за разом неуклонно возвращала проект на доработку. Проблема была такая же, как и у Перро: теория подземного строительства не хотела считаться с практикой. Денежные дела тоже шли... Вернее, катились под откос. С каждым месяцем, с каждым новым требованием государственных экспертов и реальности проект становился все дороже: 378 миллионов долларов, 800 миллионов, миллиард... А Шалва Чигиринский хоть и состоятельный человек, но не Господь Бог. И у него тоже бывают материальные проблемы. В прошлом году эти проблемы превратились в настоящее бедствие. Суд Великобритании наложил арест на собственность Чигиринского за долги по 3-миллиардному кредиту, в котором он выступал поручителем. Была арестована и доля Чигиринского (50 процентов) в проекте реконструкции Новой Голландии. Кредиторы насели так, что пришлось бизнесмену вообще покинуть Россию. Ведь речь зашла уже не только об аресте имущества, но и о заключении под стражу его самого. Какое-то время петербургские власти и оставшиеся в России совладельцы «СТ Новая Голландия» делали хорошую мину при плохой игре, говорили о каком-то оптимизме, о планах и новых вложениях. Но к новому 2010 году всем стало ясно: продолжать разговоры в том же духе – глупость. На сегодняшний день мы имеем полную смену действующих лиц инвестиционно-архитектурной драмы. В роли Чигиринского теперь выступает его компаньон Игорь Кесаев. И то неясно, будет он инвестором или нет. По заказу Кесаева в «Моспроекте-2» разработана новая архитектурно-девелоперская концепция возрождения Новой Голландии. Но вряд ли она будет реализована. Смольный официально объявил об отказе от проекта Нормана Фостера в связи с тремя обстоятельствами. Во-первых, непонятно, как все это строить (уроки Перро все же не прошли даром). Во-вторых, проект не учитывает новые градостроительные и охранительные веяния. Городской закон о зонах охраны вводит особый режим поведения строителей в историческом центре. Здесь возможно лишь «воссоздание утраченных объектов» – и никаких стеклянных куполов. Третье, и главное: «Росимущество» еще должно документально подтвердить, что из островных объектов является городской собственностью, а что – федеральной. Как говорится, приехали: в год объявленного завершения реконструкции мы не имеем ничего. Даже понимания, что, собственно, нужно делать. – Сегодня проектирование, а тем более сами работы по реконструкции, представляют собой огромную проблему, – говорит главный архитектор Петербурга – первый заместитель председателя КГА Юрий Митюрев. – Архитектурные разработки не поспевают за темпом разрушительной работы времени. Кажется, вот-вот новый проект будет готов. А исторические строения еще больше обветшали, и для их реконструкции требуется уже другой проект... Несмотря на это, город планирует очередную попытку штурма Новой Голландии. По информации Юрия Митюрева, в этом году Смольный объявит (не смейтесь!) конкурс архитектурных проектов реконструкции острова. Очевидно, это произойдет в конце лета. В общем, антракт продолжается. Когда начнется очередной акт, неясно: сценарий еще не написан.
